ВС РФ - увольнение беременной женщины может быть незаконным

[Тэковец]

ПРИМЕЧАНИЕ: в данной теме последовательно будет представлено два решения:

- решение Верховного суда РФ, согласно которому дело было возвращено на новое рассмотрение;

- решение суда первой инстанции, согласно которому после возврата дела из Верховного суда РФ работница была восстановлена на работе.





ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 5 сентября 2014 № 37-КГ14-4

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Пчелинцевой Л.М.,
судей Фролкиной С.В. и Кириллова В.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании 5 сентября 2014 г. дело по иску Шарановой Е.В. к совместному предприятию в форме общества с ограниченной ответственностью "Орелкомпрессормаш" о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда
по кассационной жалобе Шарановой Е.В. на решение Советского районного суда г. Орла от 1 августа 2013 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Орловского областного суда от 21 октября 2013 г.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Коробкова Е.И., полагавшего судебные постановления подлежащими отмене, а дело направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции,
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Шаранова Е.В. обратилась в суд с иском к совместному предприятию в форме общества с ограниченной ответственностью "Орелкомпрессормаш" (далее - СП ООО "Орелкомпрессормаш") о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
В обоснование иска указала на то, что с 5 сентября 2011 г. работала в СП ООО "Орелкомпрессормаш" <...>. 20 мая 2013 г. Шаранова Е.В. и ответчик заключили соглашение о прекращении трудового договора, в котором датой ее увольнения определено - 7 июня 2013 г. Приказом от 7 июня 2013 г. N 64-к с ней был расторгнут трудовой договор на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации по соглашению сторон.
До подписания соглашения о прекращении трудового договора работодателем оказывалось на истца давление с целью понуждения уволиться по собственному желанию.
С ноября 2012 года Шаранова Е.В. фактически работала в двух организациях: СП ООО "Орелкомпрессормаш" и ООО "Торговый дом "Орелкомпрессормаш", выполняла в последней организации обязанности <...> без соответствующей доплаты. Наряду с этим по инициативе работодателя снижалась численность персонала бюро экономики и бюджета, находящегося в ее подчинении, с четырех до двух человек; в ноябре 2012 года из штатного расписания по причине сокращения штатов были выведены две должности - начальника бюро экономики и бюджетов и экономиста по бюджету. При этом объем работы с ноября 2012 года существенно возрос, однако размер ее заработной платы не изменился. В удовлетворении ее просьб об увеличении заработной платы или об увеличении численности персонала работодатель отказывал.
Согласно дополнительному соглашению от 26 октября 2012 г. N 2 к заключенному с Шарановой Е.В. трудовому договору от 5 сентября 2011 г. N 202 при оплате труда ей назначалась индивидуальная коммерческая премия, максимальный размер которой составлял <...> руб., однако с марта 2013 года данная премия ей не начислялась без объяснения причин и без финансового обоснования.
Истец полагала, что работодателем фактически были созданы такие условия работы, при которых она была вынуждена подписать соглашение о прекращении трудового договора. Ссылалась также на то, что на момент подписания соглашения о прекращении трудового договора она не знала о своей беременности, что является существенным изменением обстоятельств, однако ответчик оставил без удовлетворения ее заявление о признании данного соглашения недействительным.
Полагая, что соглашение о прекращении трудового договора не было достигнуто и она фактически была уволена по инициативе работодателя, Шаранова Е.В. просила восстановить ее в должности <...> СП ООО "Орелкомпрессормаш", взыскать заработную плату за время вынужденного прогула с 19 июня 2013 г. по день восстановления на работе, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере <...> руб. <...> коп., а также компенсацию морального вреда в размере <...> руб.
Представитель ответчика иск не признал.
Решением Советского районного суда г. Орла от 1 августа 2013 г. иск Шарановой Е.В. удовлетворен частично. В пользу Шарановой Е.В. с СП ООО "Орелкомпрессормаш" взысканы <...> руб. <...> коп. недополученной заработной платы при увольнении, <...> руб. <...> коп. - проценты за несвоевременную выплату заработной платы и <...> руб. в счет компенсации морального вреда. В удовлетворении остальной части иска отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Орловского областного суда от 21 октября 2013 г. решение суда первой инстанции изменено. Постановлено взыскать с СП ООО "Орелкомпрессормаш" в пользу Шарановой Е.В. <...> руб. <...> коп. недополученной заработной платы при увольнении, проценты за несвоевременную выплату заработной платы в сумме <...> руб. <...> коп. и <...> руб. в счет компенсации морального вреда. В остальной части решение оставлено без изменения.
В кассационной жалобе Шарановой Е.В. содержится просьба об отмене судебных постановлений, как незаконных.
По результатам изучения доводов кассационной жалобы Шарановой Е.В. судьей Верховного Суда Российской Федерации Гороховым Б.А. 7 мая 2014 г. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и его же определением от 5 августа 2014 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Лица, участвующие в деле, надлежащим образом, извещенные о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Проверив материалы дела, обсудив обоснованность доводов кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены судебных постановлений в кассационном порядке.
Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального права были допущены судами первой и апелляционной инстанций, которые выразились в следующем.
Судом установлено, что 5 сентября 2011 г. между Шарановой Е.В. и СП ООО "Орелкомпрессормаш" в лице его директора заключен трудовой договор N 202, в соответствии с которым Шаранова Е.В. принимается на работу на должность <...> управление СП ООО "Орелкомпрессормаш". Приказом от 3 октября 2011 г. N 211-к Шаранова Е.В. переведена с указанной должности на должность <...>.
20 мая 2013 г. стороны трудового договора заключили соглашение о прекращении трудового договора от 5 сентября 2011 г. N 202 по соглашению сторон (пункта 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации) с 7 июня 2013 г.
5 июня 2013 г. Шаранова Е.В. обратилась к работодателю с заявлением, в котором просила считать заключенное 20 мая 2013 г. соглашение о прекращении трудового договора недействительным в силу существенного изменения обстоятельств, из которых она исходила при заключении соглашения. В качестве таких обстоятельств Шаранова Е.В. указала о наличии у нее беременности, о которой на момент заключения данного соглашения она не знала. В подтверждение данного обстоятельства она приложила справку женской консультации бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области "Родильный дом" от 4 июня 2013 г.
Указанное заявление было получено представителем СП ООО "Орелкомпрессормаш" 5 июня 2013 г., и в тот же день в адрес Шарановой Е.В. поступил письменный ответ директора СП ООО "Орелкомпрессормаш" Василенко А.В., в котором сообщалось, что юридических оснований для аннулирования соглашения о прекращении трудового договора не имеется, в связи с чем данное соглашение отмене не подлежит (т. 1, л.д. 22 - 24).
Приказом от 7 июня 2013 г. N 64-к действие трудового договора между Шарановой Е.В. и СП ООО "Орелкомпрессормаш" от 5 сентября 2011 г. N 202 было прекращено на основании пункта 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований Шарановой Е.В. о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, суд первой инстанции исходил из того, что факт нахождения Шарановой Е.В. в состоянии беременности, о котором ей не было известно на момент подписания соглашения о прекращении трудового договора, не лишал работодателя права в связи с достигнутым добровольным соглашением сторон расторгнуть трудовой договор.
При этом суд, руководствуясь статьями 56 и 67 ГПК РФ, указал, что доказательств, подтверждающих вынужденное подписание Шарановой Е.В. соглашения о прекращении трудового договора, ею не представлено.
Другие требования Шарановой Е.В. о взыскании недополученной компенсации за неиспользованный отпуск, процентов за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации морального вреда суд первой инстанции признал обоснованными и подлежащими удовлетворению.
Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, изменил решение суда в части исковых требований о взыскании недополученной компенсации за неиспользованный отпуск, процентов за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации морального вреда, увеличив размер подлежащих взысканию сумм по данным требованиям.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций по требованиям Шарановой Е.В. о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула основаны на неправильном применении норм материального права к спорным отношениям сторон.
В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.
Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлениях от 27 декабря 1999 г. N 19-П и от 15 марта 2005 г. N 3-П, положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (часть 1 статьи 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).
Согласно пункту 1 части первой статьи 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 ТК РФ).
Статьей 78 ТК РФ установлено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.
Часть первая статьи 261 ТК РФ предусматривает, что расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.
В силу части 3 статьи 11 ГПК РФ в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дело, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права).
Защита беременности, в том числе путем установления гарантий для беременных женщин в сфере труда, является согласно Конвенции Международной организации труда N 183 "О пересмотре Конвенции (пересмотренной) 1952 года об охране материнства" (заключена в г. Женеве 15 июня 2000 г.) общей обязанностью правительств и общества (преамбула).
В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 января 2014 г. N 1 "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних" разъяснено, что поскольку увольнение беременной женщины по инициативе работодателя запрещается, отсутствие у работодателя сведений о ее беременности не является основанием для отказа в удовлетворении иска о восстановлении на работе.
Отказав в удовлетворении иска Шарановой Е.В. о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, суд не применил приведенные выше нормы Конституции Российской Федерации, международного и трудового права, а также не учел разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, что привело к лишению истца гарантий, установленных для беременных женщин при расторжении трудового договора, и ограничению конституционного принципа свободы труда.
Как обоснованно указывает в кассационной жалобе Шаранова Е.В., прекращение трудового договора по соглашению сторон в период ее беременности повлекло для нее такой материальный ущерб, который в значительной степени лишил ее и ее ребенка того, на что она могла бы рассчитывать при сохранении трудовых отношений с ответчиком.
Между тем, по смыслу подлежащих применению к спорным отношениям сторон норм материального права, заявление Шарановой Е.В. об отказе от исполнения достигнутой с работодателем договоренности о расторжении трудового договора в связи с наличием у нее беременности, о которой на тот момент она не знала, свидетельствует о том, что соглашение сторон о расторжении трудового договора не может сохранить свое действие ввиду отсутствия на это волеизъявления работника. В противном случае фактически имеет место прекращение трудового договора не по соглашению сторон, а по инициативе работодателя с нарушением запрета, предусмотренного частью первой статьи 261 ТК РФ.
Иное толкование указанных нормативных положений привело бы к ограничению объема трудовых прав работника, заключившего соглашение с работодателем о расторжении трудового договора и лишенного возможности в силу сложившихся обстоятельств отказаться от исполнения соглашения, и, как следствие, к отказу в предоставлении законных гарантий работнику, в частности гарантии от увольнения беременной женщине.
Следовательно, гарантия в виде запрета увольнения беременной женщины по инициативе работодателя, предусмотренная частью первой статьи 261 ТК РФ, подлежит применению и к отношениям, возникающим при расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77 ТК РФ).
В связи с изложенным решение суда первой инстанции и определение суда второй инстанции, оставившее его без изменения, являются незаконными. Они приняты с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов Шарановой Е.В., что согласно статье 387 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений.
При новом рассмотрении дела суду следует разрешить спор в соответствии с нормами закона, толкование которых дается в настоящем определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, и установленными обстоятельствами.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 387, 388, 390 ГПК РФ,

определила:

решение Советского районного суда г. Орла от 1 августа 2013 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Орловского областного суда от 21 октября 2013 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции - Советский районный суд г. Орла.





РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 ноября 2014 г. город Орел

Советский районный суд г. Орла в составе:
председательствующего судьи Макаровой О.В.,
с участием старшего помощника прокурора Советского района г. Орла Жерновой И.В.,
при секретаре Питериной Е.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску Шарановой Е.В. к СП ООО «Орелкомпрессормаш» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истица Шаранова Е.В. обратилась в суд с иском к Совместному предприятию в форме Общества с ограниченной ответственностью «Орелкомпрессормаш» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований истица указала, что ДД.ММ.ГГ она была уволена на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ приказом №*** от ДД.ММ.ГГ по соглашению сторон, которое было заключено ДД.ММ.ГГ о прекращении трудового договора №*** от ДД.ММ.ГГ.. Указывает, что еще до подписания соглашения о прекращении трудового договора со стороны работодателя на нее оказывалось давление с целью понуждения уволиться по собственному желанию. При этом, начиная с ноября ДД.ММ.ГГ, истица фактически работала в двух организациях: СП ООО «Орелкомпрессормаш» и ООО «Торговый дом «Орелкомпрессормаш», выполняя во второй организации обязанности финансового директора без доплаты, при этом объем работы с ноября ДД.ММ.ГГ существенно возрос, но заработная плата осталась на прежнем уровне. Кроме того, согласно дополнительному соглашению №*** от ДД.ММ.ГГ года, к трудовому договору от ДД.ММ.ГГ №*** при оплате труда ей
назначалась индивидуальная коммерческая премия, максимальный размер
которой составлял <данные изъяты>, однако с марта ДД.ММ.ГГ данная премия ей не начислялась без объяснения причин и без финансового обоснования. Считает, что фактически ответчик создал такие условия работы, в которых она была вынуждена подписать соглашение о прекращении трудового договора. При этом, ДД.ММ.ГГ ею было написано заявление с просьбой о признании соглашения о прекращении трудового договора недействительным в связи с существенным изменением обстоятельств, так как ей стало известно о беременности и на момент подписания договора ДД.ММ.ГГ это обстоятельство ей не было неизвестно в связи с малым сроком беременности. Считает, что поскольку ею было направлено заявление о признании соглашения о прекращении трудового договора недействительным до издания приказа об увольнении, и заявления об увольнении по соглашению сторон она не писала, то соглашение об увольнении не было достигнуто и фактически произошло увольнение по инициативе работодателя, так как данное соглашение было заключено заблаговременно, в момент, когда она не знала о своей беременности, то она и не предполагала, какие последствия для нее будет иметь заключение указанного соглашения. На основании изложенного, просила суд обязать СП ООО «Орелкомпрессормаш» восстановить ее в должности директора по экономике и финансам, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГ по день восстановления на работе, взыскать компенсацию за причиненный моральный вред в размере <данные изъяты>
В судебном заседании истца Шаранова Е.В. заявленные исковые требования уточнила, основываясь на доводах, изложенных в иске, просила суд обязать СП ООО «Орелкомпрессормаш» восстановить ее в должности директора по экономике и финансам, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГ по день восстановления на работе в размере <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>, недополученную заработную плату в размере <данные изъяты>., проценты за несвоевременную выдачу заработной платы в размере <данные изъяты>., расходы по оплате услуг представителя в размере <данные изъяты>.
Представитель СП ООО «Орелкомпрессормаш» по доверенности Суслова Е.Н. исковые требования Шарановой Е.В. не признала в полном объеме, просила суд в удовлетворении исковых требований отказать.
Суд, выслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований.
Судом установлено, что ДД.ММ.ГГ между Шарановой Е.В. и СП ООО «Орелкомпрессормаш» был заключен трудовой договор №*** согласно п. 1.2 которого Шаранова Е.В. была назначена на должность директора по экономике в финансовое управление.
С ДД.ММ.ГГ приказом №*** истица была переведена на должность директора по экономике и финансам.
ДД.ММ.ГГ истица Шаранова Е.В. была уволена на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ приказом №*** от ДД.ММ.ГГ по соглашению сторон.
Основанием к увольнению явилось соглашение, подписанное ДД.ММ.ГГ между Шарановой Е.В. и СП ООО «Орелкомпрессормаш» о прекращении трудового договора №*** от ДД.ММ.ГГ по соглашению сторон, согласно которому стороны пришли к обоюдному согласию прекратить действие трудового договора №***, заключенного сторонами ДД.ММ.ГГ, с ДД.ММ.ГГ. Датой увольнения истицы являлось ДД.ММ.ГГ, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.
Согласно дополнительным условиям соглашения работник обязуется в срок до ДД.ММ.ГГ сдать все дела, документы (на бумажном и/или электронном носителе), рабочие материалы по акту приема-передачи согласно перечню (Приложение №1 к соглашению) являющемуся неотъемлемой частью указанного соглашения, работник обязуется в срок до ДД.ММ.ГГ передать в управление по работе с персоналом пропуск для прохода в здание, ключи от занимаемого кабинета, подотчётные денежные средства, а так же имущество, числящееся согласно данным бухгалтерского учета на работнике. В последний день работы работника работодатель обязуется произвести с ним полный расчет. В случае выполнения пп. 2.1 и 2.2 указанного соглашения в полном объеме работодатель принимает на себя обязательства дополнительно к расчету при увольнении выплатить работнику выходное пособие в размере 112 876 рублей, облагаемое налогами в установленном порядке законодательством РФ.
ДД.ММ.ГГ Шарановой Е.В. были переданы папки и файлы с документами по акту приема-передачи, материальные ценности (винчестер, мышь, телефон, ноутбук).
ДД.ММ.ГГ истицей Шарановой Е.В. на имя директора СП ООО «Орелкомпрессормаш» было написано заявление, в котором она просила считать заключенное ДД.ММ.ГГ соглашение о прекращении трудового договора недействительным в силу существенного изменения обстоятельств, из которых она исходила при заключении соглашения, а именно, о наличии по состоянию на ДД.ММ.ГГ беременности. В подтверждение данного обстоятельства она приложила справку женской консультации бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГ
Данное заявление было получено ответчиком ДД.ММ.ГГ года.
В тот же день, ДД.ММ.ГГ года, Шарановой Е.В. был дан ответ на заявление за подписью директора СП ООО «Орелкомпрессормаш» ФИО5, в котором указано, что юридических оснований для аннулирования соглашения о прекращении трудового договора не имеется, в связи с чем данное соглашение от ДД.ММ.ГГ о прекращении трудового договора №*** от ДД.ММ.ГГ по соглашению сторон отмене и изменению не подлежит.
Приказом от ДД.ММ.ГГ №*** действие трудового договора между Шарановой Е.В. и СП ООО «Орелкомпрессормаш» от ДД.ММ.ГГ №*** было прекращено на основании пункта 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Однако, в этот день истица на работу не вышла, так как находилась на амбулаторном лечении <данные изъяты> В этот же день работодателем был составлен акт об отсутствии работника на рабочем месте и направлено уведомление о прибытии на работу за получением трудовой книжки или предоставлении согласия на получение ее по почте. Уведомление было направлено заказной почтой и вручено истице, что подтверждается данными почтового идентификатора.
В силу ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлениях от 27 декабря 1999 г. № 19-П и от 15 марта 2005 г. № 3-П, положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (часть 1 статьи 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).
В силу п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (ст. 78 ТК РФ).
Статьей 78 ТК РФ установлено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 (ред. от 28.09.2010) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» - при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со ст. 78 ТК РФ при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор, может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.
Как следует из ч. 1 ст. 261 ТК РФ расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.
В соответствии с ч. 3 ст. 11 ГПК РФ в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дело, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права).
Защита беременности, в том числе путем установления гарантий для беременных женщин в сфере труда, является согласно Конвенции Международной организации труда № 183 «О пересмотре Конвенции (пересмотренной) 1952 года об охране материнства» (заключена в г. Женеве 15 июня 2000 г.) общей обязанностью правительств и общества (преамбула).
В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 января 2014 г. № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних» разъяснено, что поскольку увольнение беременной женщины по инициативе работодателя запрещается, отсутствие у работодателя сведений о ее беременности не является основанием для отказа в удовлетворении иска о восстановлении на работе.
Таким образом, прекращение трудового договора по соглашению сторон в период беременности истицы Шарановой Е.В. повлекло для нее такой материальный ущерб, который в значительной степени лишил ее и ее ребенка того, на что она могла бы рассчитывать при сохранении трудовых отношений с ответчиком.
Заявление Шарановой Е.В. об отказе от исполнения достигнутой с работодателем договоренности о расторжении трудового договора в связи с наличием у нее беременности, о которой на тот момент она не знала, свидетельствует о том, что соглашение сторон о расторжении трудового договора не может сохранить свое действие ввиду отсутствия на это волеизъявления работника.
Судом установлено, что у истицы отсутствовало волеизъявление на расторжение трудового договора, и она имела возможность в силу сложившихся обстоятельств (беременности) отказаться от исполнения соглашения.
Иное толкование указанных нормативных положений привело бы к ограничению объема трудовых прав работника, и, как следствие, к отказу в предоставлении законных гарантий работнику, в частности гарантии от увольнения беременной женщине.
Таким образом, гарантия в виде запрета увольнения беременной женщины по инициативе работодателя, предусмотренная частью первой статьи 261 ТК РФ, подлежит применению и к отношениям, возникающим при расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77 ТК РФ).
На основании изложенного, а также с учетом установленных по делу обстоятельств, и собранных по делу доказательств, руководствуясь положениями ТК РФ, суд приходит к выводу о том, что увольнение истицы Шарановой Е.В. было произведено с нарушением закона и исковые требования истицы в части ее восстановления на работе на работе в должности директора по экономике и финансам с ДД.ММ.ГГ. подлежат удовлетворению.
Установлено, что фактически истица получила трудовую книжку по окончанию больничного – ДД.ММ.ГГ, что подтверждается данными книги учета движения трудовых книжек.
Согласно данным представленным сторонами расчет с истицей был произведен ДД.ММ.ГГ путем перечисления ей на счет <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГ оплачен больничный лист в размере <данные изъяты>
Согласно ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.
В судебном заседании истица исковые требования в части расчета компенсации за неиспользованный отпуск уточнила и просила суд взыскать недополученную зарплату в размере <данные изъяты>.
Стороной ответчика представлен в суд расчет недополученной истицей компенсации за неиспользованный отпуск, который составляет <данные изъяты>.
С данным расчетом стороны в судебном заседании согласились, расчет не оспаривали, в связи с изложенным, принимается судом как правильный.
На основании изложенного, с ответчика в пользу истицы подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск в размере <данные изъяты>, поскольку ответчиком не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих выплату указанных денежных средств истице.
Также с ответчика в пользу истицы подлежит взысканию компенсация в соответствии со ст. 236 ТК РФ за несвоевременную выплату данной суммы, которая за 530 дней просрочки составляет <данные изъяты>
В соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Суд приходит к выводу об обоснованности таких требований Шарановой Е.В., поскольку ее трудовые права были нарушены незаконным увольнением.
При определении размера морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истицы, суд учитывает по делу фактические обстоятельства, с учетом критериев разумности и справедливости суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истицы денежную компенсацию причиненного морального вреда в размере <данные изъяты>
Частью 1 ст. 394 ТК РФ установлено, что работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными.
В соответствии с требованиями ст. 394 ч. 2 ТК РФ суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула. При этом, средняя заработная плата исчисляется по правилам, предусмотренным ст. 139 ТК РФ.
В п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 предусматривается, что средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.
Абзацем 4 п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №2 от 17.03.2004 г. (в ред. Постановления Пленума ВС РФ №22 от 28.09.2010 г.) разъяснено, что при определении оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на сумму заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченного истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты вынужденного прогула.
В этой связи в расчет взыскиваемой в пользу истицы суммы компенсации за вынужденный прогул должен включаться период трудоспособности с ДД.ММ.ГГ. включительно и период нахождения в отпуске по беременности и родам с ДД.ММ.ГГ. включительно.
Довод ответчика о том, что период нахождения истицы в отпуске по уходу за ребенком не должен включаться в расчет компенсации за вынужденный прогул, является не состоятельным, поскольку в указанное время ответчик лишил истицу возможности трудиться и в соответствии со ст. 234 ТК РФ обязан возместить неполученный истицей заработок.
Таким образом, период с <данные изъяты> г. по время восстановления на работе подлежит включению в расчет компенсации за вынужденный прогул.
Среднедневной заработок истицы для расчета размера компенсации за вынужденный прогул составил <данные изъяты>. Указанное обстоятельство подтвердила допрошенная судом в качестве свидетеля главный бухгалтер СП ООО «Орелкомпрессормаш» ФИО6
С указанным расчетом среднедневного заработка согласилась истица Шаранова Е.В.
Стороны в суде не оспаривали, что истица ФИО1 получила выходное пособие в размере <данные изъяты>
На основании изложенного, а также, руководствуясь требованиями вышеприведенных норм права, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истицы Шарановой Е.В. среднего заработка за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГ. по день вынесения решения ДД.ММ.ГГ в размере <данные изъяты>
Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
По смыслу названной нормы разумные пределы являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности рассмотрения дела, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг адвокатов по представлению интересов доверителей в гражданском процессе.
В силу действующего законодательства обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Тем самым, суд обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.
При определении размера указанных расходов суд учитывает сложность данного дела, конкретные обстоятельства рассмотренного дела, в том числе, количество и продолжительность судебных заседаний, в которых участвовал представитель истца, документы, которые были составлены представителем и доказательства, которые были им представлены в судебные заседания.
Понесенные истицей расходы по оплате услуг представителя подтверждаются материалами дела, согласно которых расходы истицы на оплату услуг представителя составили <данные изъяты>.
Учитывая категорию рассматриваемого дела, соразмерность понесенных истицей расходов на оплату услуг представителя, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований о возмещении расходов на услуги представителя в сумме <данные изъяты>.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Шарановой Е.В. к СП ООО «Орелкомпрессормаш» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Восстановить Шаранову Е.В. в должности директора по экономике и финансам с ДД.ММ.ГГ.
Взыскать с СП ООО «Орелкомпрессормаш» в пользу Шарановой Е.В. компенсацию за время вынужденного прогула в размере <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>, недополученную заработную плату в размере <данные изъяты>., проценты за несвоевременную выдачу заработной платы в размере <данные изъяты>., расходы по оплате услуг представителя в размере <данные изъяты>.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.
Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Советский районный суд г. Орла в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения суда.

Председательствующий Макарова О.В.